Великая победа советской цивилизации. Мифы клеветников и правда Истории

Добавлен: 18.03.2020. Раздел: Новости

Статья Председателя ЦК КПРФ Геннадия Зюганова в газете «Правда».

Ленин, Сталин и современность

Всего несколько месяцев разделяют три эпохальные даты: 140-летие со дня рождения Иосифа Виссарионовича Сталина, отмеченное в декабре 2019-го, 150-летие со дня рождения Владимира Ильича Ленина, предстоящее в апреле нынешнего года, и 75-летие Великой Победы, которое мы будем праздновать в мае. Три юбилея, связанных с важнейшими для отечественной и мировой истории личностями, событиями и свершениями. Закономерно, что в эти дни к ним приковано особое внимание. Внимание не только честных и объективных исследователей, но и пропитанных ненавистью к нашей стране, в особенности к советскому периоду её истории.

Великая Отечественная война, в которой наш народ, ленинско-сталинское государство и воплощённая в нём тысячелетняя идея социальной справедливости прошли героическое испытание на прочность, доказав свою жизнестойкость и свою правоту, не даёт покоя русофобам и антисоветчикам. Они настойчиво стремятся измарать нашу историю и советскую Победу, пороча тем самым социализм и его выдающихся строителей. Но их подлая суета лишь подтверждает бессмертие дела Ленина, Сталина и грандиозных свершений, о которых никогда не забыть ни истинным патриотам нашей Державы, ни тем, кто её ненавидит.

Грандиозные свершения Ленина и Сталина неизбежно будут оставаться в центре общественного внимания. В начале XX столетия партия большевиков под их руководством начала строительство нового государства, основанного на законах социализма. По сути, речь шла о создании новой цивилизации справедливости, равенства и братства. Они сумели воплотить в реальность сокровенные мечты человечества, на деле доказать, какими нравственными и социально-экономическими преимуществами обладает социалистическая система, какой гигантский победный потенциал она даёт государству и обществу. Это убедительное доказательство навеки осталось историческим фактом, который сегодня приобретает всё большую актуальность. Поэтому Ленин и Сталин — фигуры самые современные. И самые ненавистные для противников тех великих идей, которые под их руководством воплотила в жизнь Коммунистическая партия.

В сегодняшнем мире, где неолиберальный капитализм всё глубже утопает в кризисе и стремительно теряет сторонников, ленинско-сталинское наследие становится особенно разоблачительным для транснационального капитала и его приспешников. Антикоммунизм остаётся одним из главных орудий русофобов, которые стремятся лишить Россию государственного суверенитета, добиться её распада и передачи наших гигантских ресурсов под прямой внешний контроль. Они понимают, что дискредитация советской истории — и прежде всего истории Великой Отечественной войны — это способ деморализовать общество. Заставить народ забыть о том, что он — наследник выдающейся Победы, наследник первой в мире Страны Советов. Страны, доказавшей, что существует альтернатива капитализму, альтернатива несправедливости, кризису и деградации. Поэтому западная «элита» постоянно разыгрывает антикоммунистические истерики, предпринимает циничные попытки поставить коммунизм на одну доску с фашизмом. Её совершенно не смущает, что первым «крестовый поход против коммунизма» объявил Гитлер.

Вдвойне отвратительно и недопустимо, когда ненавистники советской истории и идеи социальной справедливости занимаются тем же самым в нашей стране. И делают это несмотря на то, что им не суждено было бы родиться, если бы Красная Армия и советский народ не спасли человечество от «коричневой чумы». Для этих негодяев ненависть к социализму и жажда наживы, ради которой они торгуют клеветой и подлогами, важнее благодарности за собственную жизнь и жизнь своих близких.

Память о Великой Отечественной войне священна для нас. Она озарена героическими свершениями миллионов советских людей. Деяниями выдающихся сыновей нашей страны, настоящих коммунистов, полководцев Победы: маршалов Жукова, Рокоссовского, Василевского, Малиновского, Конева, Шапошникова, Баграмяна, Чуйкова, Говорова, Соколовского, Кузнецова, беспредельной силой духа генерала Карбышева, замученного в немецком концлагере, и разведчицы Зои Космодемьянской, зверски убитой оккупантами под Москвой. Именами сражавшихся с фашизмом комсомольцев, отдавших жизни в борьбе с гитлеровскими захватчиками, — красноармейца Александра Матросова, молодогвардейцев Олега Кошевого, Ульяны Громовой, Сергея Тюленина, Ивана Земнухова и их бесстрашных товарищей. Подвигами пионеров-героев — Лёни Голикова, Зины Портновой, Александра Чекалина, Марата Казея, Вали Котика, павших смертью храбрых в схватке с врагом, не дожив до совершеннолетия, и посмертно удостоенных звания Героя Советского Союза.

Мы никогда не забудем эти имена и никогда не предадим их. Всегда будем помнить о том, что генерал Карбышев, умирая мученической смертью, гордо и прямо смотрел в лицо фашистам, поливавшим его на морозе струями холодной воды. О том, что Александр Матросов закрыл своим телом огневую амбразуру немцев, чтобы товарищи из его батальона остались в живых и уничтожили укрепление противника. О том, что пионер-разведчик Александр Чекалин, стоя перед казнью с петлёй на шее посреди городской площади, сбросил с себя повешенную фашистами фанерную доску с надписью «Такой конец ждёт всех партизан» и запел «Интернационал».

Огромные жертвы, принесённые нашим народом во имя Победы, и его героические деяния обязывают нас защищать великую Историю своей Родины от лжи и нападок её врагов. Это долг всех, кто стремится быть достойным памяти бессмертных героев.

Усилиями зарубежных и российских лжецов рождено немало мифов, бесстыдно искажающих историю войны, страшнее которой не знали наша страна и весь мир. Выделю шесть из них, наиболее популярных у клеветников. Это мифы об «ответственности» Советского Союза за развязывание Второй мировой; о «неверии» Сталина в возможность нападения Германии; о «решающей» роли США и их западных союзников в разгроме фашистов; о нашей победе не благодаря, а «вопреки» советской системе; о «вине» Сталина и советского руководства за огромные жертвы, понесённые нашим народом во время войны; о «неспособности» СССР преодолеть урон, нанесённый войной.

Эта большая ложь является очень опасным оружием в руках предателей, русофобской и антикоммунистической своры, активно представленной в России — в том числе и во власти. Но она вдребезги разбивается о подлинные исторические факты и архивные документы. О свидетельства современников ленинской и сталинской эпохи. О выводы талантливых и ответственных исследователей, изучающих её сегодня. Среди них нужно особо отметить действительного члена Академии военных наук Российской Федерации профессора Леннора Ивановича Ольштынского и ректора Московского гуманитарного университета профессора Игоря Михайловича Ильинского. Их блестящие работы содержат чрезвычайно ценные сведения и глубокие выводы о том героическом времени.

СССР, боровшийся за мир

Миф, особенно популярный среди наших противников за рубежом, гласит: до 1941 года советское руководство не рассматривало фашистов как противников и ничего не имело против них. Сталин рассчитывал договориться с Гитлером и поделить с ним Европу. Поэтому Советский Союз в 1939 году заключил с Германией договор о ненападении, известный как пакт Молотова — Риббентропа, по фамилиям руководителей внешнеполитических ведомств двух стран. Этот пакт развязал гитлеровцам руки, они вторглись в Польшу и другие европейские государства, зная, что СССР не будет им мешать. Начало Второй мировой войны — результат компромисса с фашизмом, на который пошёл Советский Союз.

Что может быть подлее, чем приписывать сговор с фашистами стране, спасшей мир от «коричневой чумы», которая грозила истребить всю планету? И что может быть несправедливее заблуждения легковерных, будто Советский Союз превратился в противника фашизма лишь после того, как Германия на него напала? Но особое усердие зарубежных и прозападных российских пропагандистов в распространении такой версии не случайно. Тиражируя её, они не только сеют ложь о Советской стране и о Сталине, но и выгораживают те мировые силы, которые действительно виновны в пособничестве фашизму и в его укреплении. Им не нужна правда, состоящая в том, что с первых дней правления Гитлера и вплоть до того, как он захватил всю Европу, единственной из крупнейших держав, в полной мере осознававшей фашистскую угрозу и призывавшей мир её остановить, был сталинский СССР.

Официальной датой начала Второй мировой войны в мире считается 1 сентября 1939 года, когда гитлеровские войска вторглись в Польшу. Но фактически война фашизма против мирных народов началась намного раньше. Японские, итальянские и испанские союзники гитлеровского рейха встали на путь прямой вооружённой агрессии ещё до того, как это сделала сама Германия. Под руководством Муссолини — главного европейского союзника фюрера — итальянцы с середины 1930-х годов развернули захватнические операции в Африке. В Испании генерал Франко и его пособники, идеологически близкие к германским нацистам, устроили военный переворот и развязали в стране террор. Уже больше двух лет продолжалась агрессия Японии против Китая. И только Советская страна возвысила свой голос против этих преступлений, пока Запад отмалчивался или прямо поощрял фашистов.

Ещё в марте 1938-го, за полтора года до гитлеровского вторжения в Польшу, Сталин произнёс с трибуны XVIII съезда ВКП(б) такие слова: «Со второй половины 1937 года начался новый экономический кризис. Он разыгрался в период начавшейся второй империалистической войны, когда Япония воюет уже второй год с Китаем. Италия и Германия уже перевели своё народное хозяйство на рельсы военной экономики. Остальные крупные державы начинают перестраиваться на военный лад. Новая империалистическая война стала фактом».

Будучи умнейшим политическим стратегом и последовательным марксистом-ленинцем, Сталин полностью осознавал: фашизм не представляет собой какую-то самостоятельную идеологию, оторванную от мировой капиталистической системы. Он является крайним, максимально реакционным проявлением её «эволюции», её кризисного разложения. И знаменует переход к террористической диктатуре, предпринятый капиталом, который стремится сохранить свои позиции вопреки кризису и росту социалистических настроений в мире.

Согласно неоспоримому выводу Ленина, высшей стадией капитализма является империализм. Продолжатель ленинского дела Сталин ясно понимал, что высшая стадия империализма — это фашизм, в лице которого империалисты открыто объявляют миру войну на уничтожение. Встают на путь прямого истребления народов и порабощения государств. В этом заключалась причина закулисной игры, которую вёл мировой капитал, не только не мешавший Гитлеру и его союзникам, но и подпитывавший их финансово. Способствовавший их приходу к власти и усилению военной мощи.

Когда в 1935 году фашистская Италия аннексировала Эфиопию, Советский Союз первым обратился к мировому сообществу с призывом предпринять коллективные действия для предотвращения этой агрессии. Но наша инициатива была заблокирована американцами. Они не собирались мешать главному пособнику Гитлера.

Годом позже в Испании, где на парламентских выборах победил альянс коммунистов и социалистов, местные профашистские силы во главе с Франко организовали вооружённый мятеж и спровоцировали гражданскую войну. Гитлер и Муссолини немедленно поддержали новоявленного диктатора и начали снабжать его оружием. И снова против этих преступлений фашистов первым выступил Советский Союз. На этот раз США не только заявили, что не намерены мешать испанским единомышленникам Гитлера, но и перекрыли поставки оружия законным властям Испании, прямо потворствуя успеху организаторов переворота и установлению там диктатуры Франко. А из СССР туда отправились многочисленные добровольцы, чтобы помочь испанским левым сражаться против узурпаторов за народную власть. Разве такое оказалось бы возможно, будь у советского руководства стремление поддерживать хорошие отношения с Гитлером и его союзниками?

В 1937 году, на конференции девяти держав в Брюсселе, Советский Союз потребовал от Соединённых Штатов, Англии и Франции принять совместные меры для пресечения империалистических планов Германии. И наложить жёсткие санкции на её главного союзника в азиатском регионе — Японию, которая накануне начала полномасштабную войну против Китая. Но со стороны западных стран во главе с Америкой опять последовал отказ. Китай обратился в Лигу наций с призывом помочь ему защитить суверенитет. Но Лига осудила агрессию лишь на словах и ничего не предприняла. Только СССР поддержал Китай на деле: заключил с ним мирный договор, начал поставлять ему военную технику и направил военных специалистов для участия в боевых действиях против оккупантов.

В том же 1937-м нашу страну по приглашению Советского правительства посетил известный немецкий писатель и историк Леон Фейхтвангер. Во время этой поездки его лично принимал Сталин. К тому времени Фейхтвангер, один из самых непримиримых и последовательных антифашистов среди европейских деятелей культуры, уже был объявлен врагом гитлеровского режима и скрывался во Франции, которую немцы ещё не успели оккупировать. Писателя лишили немецкого гражданства, его имущество было конфисковано, а книги публично предавались сожжению. Можно ли себе представить, чтобы советское руководство официально пригласило его к нам, а Сталин открыто его принимал, если бы они рассматривали возможность каких-то компромиссов с фашистским режимом Германии и стремились сохранить с ним хорошие отношения?

По следам пребывания в Советском Союзе Фейхтвангер написал книгу «Москва, 1937», в которой подчёркивал: «Не позднее 1935 года весь мир признал, что социализм в одной стране построен и что, более того, эта страна вооружена и готова к защите от любого нападения». Узнав СССР изнутри, он уверенно заявлял о том, что именно Советское государство стоит на пути дальнейшего расползания «коричневой чумы» по миру. Можно ли поверить, что после возвращения из СССР он стал бы выступать с такими утверждениями, если бы увидел там хоть какие-то признаки компромисса с Гитлером и фашизмом и заподозрил Сталина в подобных настроениях?

Летом 1938-го Германия аннексировала Австрию и начала угрожать вторжением в Чехословакию, которой советское руководство немедленно предложило военную помощь. Но чешский президент Бенеш отверг её, потому что действовал с оглядкой на западные страны, готовые развязать руки фашистам — лишь бы заблокировать советские политические инициативы.

Непредвзятые историки приходят к единодушному выводу: отказываясь от решительного противостояния Гитлеру и от советских предложений, направленных на создание системы коллективной безопасности, США, Англия и Франция содействовали укреплению фашистской Германии, поощряли её уверенность в безнаказанности и способствовали развязыванию Второй мировой войны. Не позволить ей разгореться мог только монолитный военно-политический блок СССР и ведущих западных держав, создание которого было способно напугать Гитлера и заставить его пересмотреть свои чудовищные планы. Но пока сохранялись шансы на это, такой блок не был создан по вине западных государств. Они не только противились миротворческим инициативам нашей страны, провозгласившей социализм, в котором Запад видел врага, но и фактически провоцировали гитлеровскую агрессию своим соглашательством.

Капитал — пособник фашизма

Клеветники, намеренно коверкающие историю этой страшной войны, прожужжали обществу все уши о якобы «роковой» роли советско-германского договора 1939 года. Но они упорно молчат о том, что за год до его подписания, в сентябре 1938-го, европейские страны, которые позднее сами подвергнутся гитлеровской агрессии, пошли на подлое соглашение, известное как Мюнхенский сговор. Именно оно, а не пакт Молотова — Риббентропа окончательно развязало руки фашистам. Это соглашение было заключено в столице Баварии между Германией, Италией, Англией и Францией. Тогда же Британия подписала с Гитлером договор о взаимном ненападении. По договорённости сторон, участвовавших в переговорах, Советский Союз был от них отстранён.

Мюнхенское соглашение предусматривало, что Чехословакия в течение 10 дней должна освободить часть своих земель, на которые заявил претензии Гитлер. И уже через несколько дней Германия, с одобрения крупнейших европейских стран, аннексировала территорию суверенного государства. В немецкой, американской, английской, французской, итальянской и польской дипломатической почте того времени, которую неоднократно цитировали историки, прямо говорится: «Мюнхенское соглашение в первую очередь наносит удар по Советскому Союзу. После нейтрализации Чехословакии для Германии открывается прямой путь на юго-восток».

Но и после этого наша страна продолжала настойчивые попытки объединить усилия с другими государствами, чтобы остановить военную катастрофу. Весной 1939-го, когда Германия предъявила территориальные претензии Польше, СССР предложил Англии и Франции заключить договор о взаимопомощи на случай германской агрессии против любой из трёх стран. Но западные государства отказались и от этого. Они предпочли сохранить верность договорённостям с фашистами, заключённым в Мюнхене.

Это был сговор между государствами, объединёнными общими интересами, которые они ставили превыше всего. Интересами крупного капитала, крайней формой империалистической экспансии которого и является фашизм. Вот почему британскую и французскую стороны не смущали мракобесные идеи Гитлера и его единомышленника Муссолини. Вот почему их альянс с фашистами одобрила Америка. Капитал был готов на союз с фашизмом — лишь бы ослабить позиции страны социализма и подтолкнуть Гитлера к её уничтожению.

Советник тогдашнего британского премьера Чемберлена по политическим вопросам Гораций Уилсон подготовил для своего шефа текст обращения к Гитлеру на Мюнхенской конференции, в котором были такие слова: «Германия и Англия являются двумя столпами, поддерживающими мир порядка против разрушительного напора большевизма». Англосаксонский капитал, как и Франция, и менее влиятельные европейские страны, разделяющие его позиции, смотрели на нашу страну так же, как смотрели на неё германские фашисты. Они стремились растоптать СССР и социализм путём альянса с Гитлером. Понимали, что наш народ может быть уничтожен руками «третьего рейха». И ждали этого, надеясь, что их самих не затронет агрессия фашистских фанатиков.

Убедившись в этом, советское руководство осознало: наша страна намеренно поставлена западными государствами в условия изоляции. И остаётся один на один с чрезвычайно сильным и жестоким противником. Теперь, перед лицом практически неизбежной войны, было необходимо выиграть время, максимально укрепить советский оборонный комплекс и экономику. Вот в чём была причина заключения в августе 1939-го договора о ненападении, известного как пакт Молотова — Риббентропа. В нём не было бы необходимости, если бы не предательская позиция западных держав, по сути, подыгрывавших Гитлеру. И СССР заключал этот договор с Германией не как с союзником, на чём настаивают те, кто стремится очернить нашу историю и дискредитировать Сталина, а как с безусловным противником, нападение которого нужно было хотя бы отсрочить.

Вот ещё одно историческое подтверждение этому. В том же 1939-м, будучи депутатом парламента, Уинстон Черчилль, которому через несколько месяцев предстояло возглавить Британию, высказал советскому послу в Лондоне Майскому «версию», муссируемую британским руководством: пакт Молотова — Риббентропа может опасно сблизить СССР и Германию. Посол передал слова будущего премьер-министра наркому иностранных дел Молотову, лично подписывавшему советско-германский пакт. После этого Молотов через советское посольство направил главе британского внешнеполитического ведомства Батлеру недвусмысленное сообщение: «Мы считаем смешным и оскорбительным для нас не только утверждение, но и просто предположение, что СССР будто бы вступил в союз с Германией». Разумеется, и Сталин, и советские дипломаты прекрасно понимали: возможна утечка, и эти слова могут стать известны германскому руководству. Поэтому они ни за что не стали бы заявлять о неприятии фашистского рейха, если бы оно не было искренним и бесповоротным.

Именно после этого Британия, начавшая осознавать, что заигрывание с Гитлером никого не спасёт, наконец сделала первые реальные шаги к сближению с СССР в вопросе противостояния фашистам. Но антикоммунистический Запад, слишком долго тешивший себя мыслью, что Германию можно использовать без ущерба, упустил драгоценное время. И поплатился за это. Обезумевший фюрер уже не сомневался в том, что сумеет покорить всё человечество. За вторжением в Польшу в сентябре 1939-го последовали нападение на Данию и Норвегию в апреле 1940-го и майская аннексия Бельгии и Нидерландов. В июне рухнуло заведомо обречённое сопротивление французской армии немцам. Во Франции и Северной Европе установились профашистские марионеточные режимы. Тогда же Гитлер отдал первое распоряжение о разработке плана нападения на Советский Союз.

Плата за русофобию

Что касается «польского вопроса», который антисоветчики ставят в центр обвинений СССР в «причастности» к развязыванию войны, то при честном рассмотрении он обретает совсем не такие очертания, какие нам навязывают клеветники. Ещё в 1934 г. была подписана «Декларация о неприменении силы между Германией и Польшей». Её также называют Пактом Пилсудского — Гитлера. В 1938-м Польша не только не была противницей англо-французского сговора с Гитлером и Муссолини. Она активно осуществляла собственную экспансионистскую политику в одной упряжке с Германией. За неделю до Мюнхенской конференции польская сторона тоже предъявила Чехословакии ультиматум о передаче части земель. А в день заключения Мюнхенского сговора одновременно с немцами ввела свои войска на чехословацкую территорию. Уже одно это давало Советскому Союзу, категорически осудившему действия германской и польской армий, основания рассматривать Польшу как государство, пособничающее «третьему рейху».

Но вскоре поляки убедились, что следующей мишенью Гитлера станут они сами. В марте 1939-го Германия предъявила претензии и на их территорию. А в начале апреля Гитлер утвердил план «Вайс» — сценарий военной операции против Польши. В нём был прямо указан и крайний срок операции — не позднее 1 сентября. Таким образом, окончательное решение о нападении на Польшу германское руководство приняло почти за полгода до подписания пакта Молотова — Риббентропа. Этот пакт уже ничего не менял для поляков, избранных следующей жертвой фашистами, опьяневшими от безнаказанности. И уверенными в том, что американцы, англичане и французы и впредь не станут им мешать.

Помешать им мог Советский Союз. Когда над Польшей нависла угроза вторжения, советское руководство заявило о готовности оказать военную помощь для защиты её границ. Это заявление было сделано в Москве на экстренно созванных по инициативе Сталина переговорах военных делегаций европейских стран. Никакой советско-германский пакт не заставил нашу страну отказаться от стремления остановить Гитлера. Но западные державы даже теперь, когда захватнические планы фашистов уже ни у кого не вызывали сомнений, продолжали лавировать. А польское правительство отказалось пропустить советских военных на свою территорию. Маршал Польши Рыдз-Смиглы за две недели до вторжения немцев в его страну заявил: «Независимо от последствий ни одного дюйма польской территории не будет разрешено занять русским войскам». Через два с небольшим года он, так опасавшийся «русской оккупации», умер в захваченной фашистами Варшаве, где находился уже на нелегальном положении.

Здесь сказалась извечная русофобия польского руководства, от которой оно не освободилось по сей день. Тогда, в 1939-м, она затмила в его сознании понимание истинных масштабов злодейства, которое уготовили миру гитлеровские головорезы. Современную Польшу эта провокационная политика подталкивает к тому, чтобы снова и снова поднимать вопрос об «ответственности» Советского Союза и Сталина за то, что случилось с ней в военные годы. Но подлинные события того времени не оставляют ей и подстёгивающим её русофобскую активность странам Запада никакого права обвинять нашу страну в том, за что они сами несут ответственность.

Первое в мировой истории государство социализма было обществом социального и национального равенства — абсолютным антиподом фашистского государства. Никакое политическое и моральное примирение между двумя противоположными друг другу идеологиями и воплощавшими их государствами было невозможно. Это прекрасно осознавал Сталин. Социализм и фашизм были заведомо обречены на идейное противостояние, которое кровавый фанатик Гитлер превратил в военное столкновение.

Один из крупнейших американских писателей первой половины XX века Теодор Драйзер, участвовавший в 1927 году в московских торжествах по случаю 10-й годовщины Октябрьской революции, в 1941-м исчерпывающе выразил суть противостояния советского социализма и фашизма. Назвал главную причину того, что любой союз между ними исключён. Он сказал: «Гитлер пытается уничтожить свободу, духовную и социальную справедливость, которых, кроме как в СССР, никогда не достигал ни один народ».

С фашизмом, грозившим поставить крест на человеческой цивилизации, сражались не только солдаты и командиры, не только боевые орудия. С ним, доказывая свою мощь и непобедимость, сражались идеи справедливости и равенства. Сражалось государство, основанное на социально-экономическом и нравственном фундаменте социализма, позволившем совершить невозможное. Только на таком фундаменте этот беспримерный подвиг мог стать массовым. Не будь общества, проникнутого верой в идеалы социализма и познавшего на себе его преимущества, у страны — даже обладай она огромной военной мощью — не хватило бы моральных сил одолеть гитлеровский фашизм.

Нужно честно признать: обществу, в котором правит капиталистическая эксплуатация и существует гигантский раскол между узкой прослойкой богачей и миллионами бедных, как в сегодняшней России, такая Победа оказалась бы не по плечу. Она была бы невозможна без теснейшего сплочения всего народа на основе завоеваний социалистической системы, учитывавшей интересы каждого гражданина.

Советский патриотизм, звавший на подвиги и солдат, и тружеников тыла, зиждился не на лозунгах, как тот патриотизм, о котором так часто рассуждает сегодняшняя власть. Он основывался на реальных достижениях государства и его руководителей. На подлинной заботе власти о трудовом народе. Он был наполнен великим и действенным содержанием, огромным уважением к русской истории. И поэтому победил.

Горькие уроки Истории

Другой миф, горячо любимый антисоветчиками и информационными жуликами, звучит так: Сталин до самого начала войны отказывался верить, что Германия может напасть на Советский Союз. Из-за этого наша страна оказалась неготовой к отражению агрессии противника.

Этой «версии» полностью противоречат как реальные документы, так и элементарная логика. Разумеется, Сталин, бывший непосредственным свидетелем Первой мировой и Гражданской войн, сопровождавших становление Советского государства, не мог не помнить исторические уроки. Меньше чем за четверть века до начала Великой Отечественной наша страна уже узнала, что такое сговор западных держав, рассчитывающих на уничтожение Советской власти под германским сапогом.

В декабре 1917 года, через полтора месяца после Октябрьской революции, Германия и её союзники объявили, что не намерены освобождать ранее захваченную территорию Российской империи и поведут войну до полного разгрома нашей страны. Англия и Франция промолчали, хотя тоже находились в состоянии войны с Германией. Они с надеждой ждали, что немецкая армия уничтожит советский социализм. За океаном того же самого желали Соединённые Штаты. Как все они будут желать этого и в 1941-м.

Уже в первые дни 1918-го германское командование приступило к подготовке наступательной операции на петроградском направлении под кодовым названием «Удар кулаком». Кайзеровские генералы делали ставку на молниеносное наступление — блицкриг. Они рассчитывали, что развал русской армии и продвижение германских войск вглубь нашей страны приведут к быстрому падению Советской власти. Но она ответила на это стремительным формированием Красной Армии, рождённой благодаря уникальным организаторским способностям партии большевиков и решимости добровольцев, готовых защищать Советскую власть. Это заставило захватчиков дрогнуть и прекратить наступление. Германская армия была остановлена буквально в 150 километрах от Петрограда — города социалистической революции.

Поняв, что в деле разгрома Страны Советов на Германию рассчитывать нельзя, решение этой задачи взяли на себя государства Антанты во главе с США и Англией. Тогда они совершили то, что повторили бы и в 1945-м, после того как наша страна разгромила Гитлера, если бы не устрашились мощи сталинского СССР и героизма советского солдата.

В 1918 году войска Антанты развязали самый настоящий террор против мирного населения и сражавшихся за свою Родину сторонников Советской власти. Именно в то время, задолго до гитлеровского вторжения, Россия узнала, что такое система концлагерей, организуемая противником на захваченной территории. Те же методы террора использовали и белогвардейские пособники иностранных интервентов. По сути, воевавшие против Советской власти Колчак, Деникин и их армии выполняли ту же роль, что и предатели вроде генерала Власова во время Великой Отечественной. Поначалу казалось, что молодая Советская Республика не выстоит. Но она дала врагам России и социализма решительный отпор. Через два года Антанта и её белогвардейские пособники были полностью разгромлены.

Это первая выдающаяся военная победа, одержанная Советской страной под руководством Ленина. Дух этой победы был унаследован Сталиным и партией коммунистов, успешно строившими социалистическое государство. Но хорошо понимавшими при этом: враг так и не усвоил исторических уроков и не оставит в покое страну, бросившую вызов мировой системе империализма, эксплуатации и несправедливости. Исторические документы убедительно подтверждают: Сталин не сомневался в неизбежности войны. Он всеми силами старался её остановить или хотя бы отсрочить. Но понимал, что уйти от неё не удастся.

Ещё в октябре 1935 года, обращаясь к будущему руководителю советского внешнеполитического ведомства Молотову, исполнявшему тогда обязанности главы правительства, и к наркому путей сообщения Кагановичу с письмом по поводу полученного страной хорошего урожая, Сталин настаивал: «Было бы лучше 60 миллионов пудов из неприкосновенного фонда отложить для запада от Карелии до юга Украины, дислоцировав этот хлеб в прифронтовых районах… 260 миллионов пудов сосредоточить в областях Московской, Калининской, Курской, Воронежской и Харьковской, откуда легче перебросить хлеб в прифронтовые районы в случае войны на западе». Никакого фронта ещё нет, но выдающийся руководитель Советской страны уже прекрасно понимает, где он будет пролегать.

В сентябре 1940-го Сталиным был утверждён доклад наркома обороны и начальника Генерального штаба «Соображения об основах стратегического развёртывания вооружённых сил Советского Союза на западе и востоке на 1940—1941 гг.» Начиная с апреля 1941-го советский Генштаб приступил к масштабному секретному отмобилизовыванию войск и выдвижению армий Главного командования в районы Западного и Киевского особых военных округов.

А через месяц, на заседании Политбюро ЦК ВКП(б), Сталин обращается к собравшимся с такими словами: «Обстановка обостряется с каждым днём, и очень похоже, что мы можем подвергнуться внезапному нападению… тем более, что нам известно, что нападение фашистской Германии на Советский Союз готовится при прямой поддержке монополистов США и Англии. Англо-американские империалисты рассматривают фашистскую Германию как ударную силу в борьбе против Советского Союза и демократического движения во всём мире».

Очевидно, что ни о каком неверии Сталина в возможность нападения Германии не может быть и речи. Напротив, он не сомневался: нападение может произойти в любой момент. И делал всё для подготовки к отражению агрессии противника.

Боевая готовность Советской власти

Миф о том, что Советский Союз не готовился к войне должным образом, полностью опровергается данными о стремительном укреплении боеспособности Страны Советов в конце 1930-х — начале 1940-х годов.

Как указывал в своей книге «Сталин и деньги» один из талантливейших советских экономистов Арсений Зверев, занимавший в 1938—1960 годах пост министра финансов СССР, к концу 1930-х годов государственный бюджет уже максимально работал на нужды оборонного комплекса. Его ассигнования по линии Наркомата обороны достигли 21% в 1938-м, 26% — в 1939-м, 32% — в 1940-м и 34% — в 1941 году, бюджет которого верстался ещё до войны.

Полным ходом расширялись мощности артиллерийских и танковых заводов. В декабре 1939-го на вооружение был принят легендарный танк Т-34. В феврале 1941-го в серийное производство запустили реактивные установки «катюша», которым предстояло наводить ужас на немцев. В марте начался выпуск самолёта-штурмовика ИЛ-2, прозванного летающей крепостью. В ап-
реле-мае по указанию советского руководства было проведено скрытое усиление советских войск, в результате которого в армию и на флот из запаса призвали дополнительно 850 тысяч человек. И прежде всего — в военных округах на западе страны.

Что это, если не целенаправленная, максимально ответственная и эффективная подготовка к защите Советской Родины? Подготовка, свидетельствующая о колоссальном стратегическом и мобилизационном потенциале СССР. На этом фоне вдвойне очевидна управленческая бездарность нынешней системы. Её неспособность к жизненно необходимой стране сплочённости ради развития России и обеспечения её суверенитета.

На уже упомянутом заседании Политбюро в мае 1941-го Георгий Константинович Жуков, за несколько месяцев до того назначенный начальником Генштаба Красной Армии, сообщил: за время промышленной модернизации, развернувшейся в СССР с начала 1930-х годов, производство танков возросло более чем втрое. Красная Армия получила почти 100 тысяч орудий и миномётов. Советская промышленность дала армии около 18 тысяч боевых самолётов. Численность вооружённых сил была увеличена почти в три раза, оснащённость военной авиации — в семь раз, количество принятых на вооружение танков — в 43 раза. В строй вступило 312 новых боевых кораблей.

Лишь у отъявленных лжецов и предателей поворачивается язык утверждать, будто страна, создававшая такой задел для сопротивления, плохо готовилась к войне и недооценивала противника, а советское руководство не верило в возможность гитлеровской агрессии против СССР. Сталин и другие советские руководители настойчиво выстраивали не только боевой, но и финансово-экономический фундамент предстоявших сражений.

В 1940-м при Наркомате обороны была создана специально подготовленная финансовая служба. Кадры для неё готовили на военном факультете Ленинградского финансового института. Её сотрудники носили военную форму с серебристой звездой на груди, обрамлённой двумя пучками колосьев. Именно они с первых дней войны приняли на себя ответственность за обеспечение страны финансовыми ресурсами. Успешно противостояли фашистской валютной интервенции. Не позволяли рублю обесцениться, как это случилось во время Первой мировой.

Грамотная финансовая политика, кадровая основа которой была заложена ещё до войны, способствовала тому, что в 1941—1945 годах расходная часть государственного бюджета удвоилась в сравнении с предвоенным десятилетием. В итоге удалось не только направить необходимые средства в промышленность воюющей страны, но и обеспечить дальнейшее усиление её кадрового потенциала, что являлось в тех условиях не менее трудной задачей. Огромные суммы выделялись из казны на училища трудовых резервов, на просвещение, науку, здравоохранение, социальное обеспечение. За годы войны ремесленные училища и фабрично-заводские школы подготовили полмиллиона квалифицированных рабочих. Вузы выпустили 300 тысяч высококлассных специалистов, техникумы — 275 тысяч. Расходы на социальные и культурные мероприятия к 1944 году превысили довоенные.

А сегодня сама российская власть безо всякой войны громит экономику, науку, образование, медицину. Обрекает их своей бюджетной политикой на голодный паёк вместо полноценного финансирования, отвечающего задачам развития, заботе о молодом поколении.

Особое внимание советские военные финансисты уделяли пенсионному обеспечению инвалидов, число которых выросло за годы противостояния гитлеровцам в 18 раз. В капиталистической России власть выдаёт за достижение откровенно издевательские мизерные прибавки к нищенским пенсиям. А в тяжелейшие годы войны Советская страна, руководимая Сталиным и Коммунистической партией, смогла увеличить затраты на выплаты пенсий по инвалидности почти в 100 раз. В расчёте на каждого нуждающегося их рост оказался более чем пятикратным. Сегодня граждане с горечью и недоумением спрашивают у главы государства, как им прожить на нищенские пенсии. И не получают вразумительного ответа. Задавать такие вопросы Сталину и Советской власти не приходилось. Они достойно выполняли социальные обязательства перед обществом даже в самые тяжёлые времена.

Уже первые месяцы войны в полной мере доказали, насколько подготовленной встретила её страна, каким гением стратега и организатора обладал Сталин и какая созидательная мощь заложена в социалистическом обществе.

К августу 1941-го из Москвы и области были эвакуированы 500 крупных предприятий, которым предстояло ковать в тылу промышленную основу нашей Победы. Из Ленинграда к этому времени отправлены в глубокий тыл 100 предприятий и 600 тысяч трудящихся. Из Запорожья всего за четыре дня вывезено 320 тысяч станков, тысячи тонн металла и других грузов. В целом по стране за первые два военных месяца удалось эвакуировать 1620 заводов и фабрик, которые немедленно начали производить за Уралом продукцию, необходимую сражающемуся СССР. Одновременно с этим в безопасные районы были переведены 145 вузов, десятки научно-исследовательских институтов, более 60 крупнейших музеев.

Безусловные свидетельства того, что Советская власть и советское общество ясно осознавали угрозу войны и упорно готовились к ней, можно найти и в отечественной культуре предвоенных лет. Достаточно вспомнить самые известные фильмы того времени: «Если завтра война», «Танкисты», «Моряки». В каждом из них предсказано, что фашисты, вопреки стремлению СССР сохранить мир, пойдут на развязывание агрессии и вторгнутся на нашу территорию. Как можно поверить в то, что такие картины одна за другой выпускались бы советскими государственными киностудиями, если бы руководство СССР сомневалось в предстоящем столкновении с гитлеровской армией?

История Великой Отечественной — это пример колоссальной дееспособности и самоотверженности государства и народа, избравших своей судьбой социализм и Советскую власть. И доказательство выдающейся исторической роли Сталина, руководившего страной в те труднейшие годы.

Личность руководителя государства имеет огромное значение для любой страны и при любой политической системе. Но в нашей истории она всегда играла особо выдающуюся роль. Именно ею в огромной степени предопределяются наши достижения советской эпохи. И наши кризисные провалы в эпоху дикого капитализма, которая продолжается в России уже без малого три десятка лет.



Полный текст статьи читайте на центральном сайте КПРФ

Геннадий Зюганов, 
Председатель ЦК КПРФ

                   Коммунисты в соцсетях: «facebook», «vk»«одноклассники»

Комментировать

avatar